Вскоре обоих насильников вызвали в окружной суд в Ичин. Оба. объясняли свои поступки пьяным состоянием и свидетелями выставляли содержателя-п..
Никогда ничего даже похожего на то, что случилось, со мной не было, да и не будет больше. На меня точно затмение нашло... Или, вернее, мы оба получили что-то вроде солнечного удара...
Кончая гимназию во Владимире Губернском, я впервые лично познакомился с п_и_с_а_т_е_л_е_м, - и этот писатель был..
Бёрнс Роберт (Burns Robert) (1759г. - 1796г.) - шотландский поэт.
Создал самобытную поэзию, в которой прославил труд, народ и свободу, бескорыстную
и самоотверженную любовь и дружбу. Сатирические антицерковные поэмы "Два
пастуха" (1784), "Молитва святоши Вилли" (1785), сборник "Стихотворения,
написанные преимущественно на шотландском диалекте" (1786), патриотический
гимн "Брюс - шотландцам", кантата "Веселые нищие", гражданская и любовная
лирика (стихотворения "Дерево свободы", "Джон Ячменное зерно" и др.),
застольные песни. Собрал и подготовил к изданию произведения шотландского
поэтического и музыкального фольклора, с которым тесно связана его поэзия.
Родился 25 января 1759 в Аллоуэе (графство Эр) в семье огородника и
фермера-арендатора Уильяма Бёрнса и его жены - Агнессы. Первый из семи
детей. Получил прекрасное образование благодаря отцу. С детства читал
Библию, английских Августианских поэтов (Поуп, Эдисон, Свифт и Стил) и
Шекспира. Начал писать стихи, когда учился в школе и работал на ферме.
Роберт и его брат Гилберт два года ходили в школу. В 1765 отец взял в
аренду ферму Маунт Олифант, и Роберт с 12 лет батрачил как взрослый
работник, недоедал и перенапрягал сердце. Он читал все, что подворачивалось
под руку, – от грошовых брошюрок до Шекспира и Мильтона. В школе он слышал
только английскую речь, но от матери и старой прислуги и из тех же брошюрок
приобщился к языку шотландских баллад, песен и сказок.
В 1777 отец перебрался на ферму Лохли близ Тарболтона, и для Роберта
началась новая жизнь. В Тарболтоне он нашел себе компанию по душе и скоро
стал в ней верховодом. В 1780 Бёрнс и его друзья организовали веселый «Клуб
холостяков», а в 1781 он вступил в масонскую ложу. 13 февраля 1784 отец
умер, и на оставшиеся после него деньги Роберт и Гилберт перевезли семью на
ферму Моссгил близ Мохлина. Еще раньше, в 1783, Роберт начал записывать в
тетрадь свои юношеские стихи и изрядно высокопарную прозу. Связь со
служанкой Бетти Пейтон привела к появлению на свет его дочери 22 мая 1785.
Местные клирики воспользовались случаем и наложили на Бёрнса епитимью за
блудодейство, однако это не мешало мирянам смеяться, читая ходившие в
списках Святую ярмарку и Молитву святоши Вилли.
В начале 1784 Бёрнс открыл для себя поэзию Р.Фергюссона и понял, что
шотландский язык отнюдь не варварский и отмирающий диалект и способен
передать любой поэтический оттенок – от соленой сатиры до лирических
восторгов. Он развил традиции Фергюссона, особенно в жанре афористической
эпиграммы. К 1785 Бёрнс уже приобрел некоторую известность как автор ярких
дружеских посланий, драматических монологов и сатир.
В 1785 Бёрнс полюбил Джин Армор (1765–1854), дочь мохлинского
подрядчика Дж.Армора. Бёрнс выдал ей письменное «обязательство» – документ,
по шотландскому праву удостоверявший фактический, хоть и незаконный брак.
Однако репутация у Бёрнса была настолько плохая, что Армор порвал
«обязательство» в апреле 1786 и отказался взять поэта в зятья. Еще до этого
унижения Бёрнс решил эмигрировать на Ямайку. Неверно, будто он издал свои
стихотворения, чтобы выручить деньги на дорогу, – мысль об этом издании
пришла к нему позже. Напечатанные в Кильмарноке Стихотворения
преимущественно на шотландском диалекте (Poems, Chiefly in the Scottish
Dialect) поступили в продажу 1 августа 1786. Половина тиража в 600
экземпляров разошлась по подписке, остальное было продано за несколько
недель. После этого Бёрнс был принят в аристократическом литературном кругу
Эдинбурга. Собрал, обработал и записал около двухсот песен для шотландского
музыкального общества. Сам стал писать песни. Слава пришла к Бёрнсу едва ли
не в одночасье. Знатные господа распахнули перед ним двери своих особняков.
Армор отказался от иска, от Бетти Пейтон откупились 20 фунтами. 3 сентября
1786 Джин родила двойню.
Местная знать советовала Бёрнсу забыть об эмиграции, поехать в
Эдинбург и объявить общенациональную подписку. Он прибыл в столицу 29
ноября и при содействии Дж.Каннингема и других заключил 14 декабря договор
с издателем У.Кричем. В зимний сезон Бёрнс был нарасхват в светском
обществе. Ему покровительствовали «Каледонские охотники», члены
влиятельного клуба для избранных; на собрании Великой масонской ложи
Шотландии его провозгласили «Бардом Каледонии». Эдинбургское издание
Стихотворений (вышло 21 апреля 1787) собрало около трех тысяч подписчиков и
принесло Бёрнсу примерно 500 фунтов, включая сто гиней, за которые он,
послушавшись дурного совета, уступил Кричу авторские права. Около половины
вырученных денег ушло на помощь Гилберту и его семье в Моссгиле.
Перед отъездом из Эдинбурга в мае Бёрнс познакомился с Дж.Джонсоном,
полуграмотным гравером и фанатичным любителем шотландской музыки, который
незадолго до того издал первый выпуск «Шотландского музыкального музеума»
(«The Scots Musical Museum»). С осени 1787 до конца жизни Бёрнс фактически
был редактором этого издания: собирал тексты и мелодии, дополнял
сохранившиеся отрывки строфами собственного сочинения, утраченные или
непристойные тексты заменял своими. Он так преуспел в этом, что без
документированных свидетельств зачастую невозможно установить, где народные
тексты, а где тексты Бёрнса. Для «Музеума», а после 1792 для более
изысканных, но и менее ярких «Избранных самобытных шотландских мелодий»
(«Select Collection of Original Scottish Airs», 1793–1805) Дж.Томсона он
написал более трехсот текстов, каждый на свой мотив.
Бёрнс триумфатором возвратился в Мохлин 8 июля 1787. Полгода славы не
вскружили ему голову, однако изменили отношение к нему в деревне. Арморы
радушно приняли его, и он возобновил отношения с Джин. Но эдинбургская
служанка Пегги Камерон, родившая ребенка от Бёрнса, подала на него в суд, и
он снова отправился в Эдинбург.
Там он 4 декабря познакомился с образованной замужней дамой Агнес Крэг
М'Лехуз. Через три дня он вывихнул колено и, прикованный к постели, затеял
с «Клариндой», как она себя называла, любовную переписку. Вывих имел и
более существенные последствия. Пользовавший Бёрнса врач был знаком с
Комиссаром по акцизу в Шотландии Р.Грэмом. Узнав о желании поэта служить в
акцизе, он обратился к Грэму, тот разрешил Бёрнсу пройти надлежащее
обучение. Поэт прошел его весной 1788 в Мохлине и Тарболтоне и 14 июля
получил диплом. Перспектива альтернативного источника заработка придала ему
смелости подписать 18 марта контракт на аренду фермы Эллисленд.
Узнав, что Джин опять забеременела, родители выгнали ее из дома. Бёрнс
вернулся в Мохлин 23 февраля 1788 и, судя по всему, сразу признал ее своей
женой, хотя оглашение состоялось только в мае, а церковный суд утвердил их
брак лишь 5 августа. 3 марта Джин родила двух девочек, которые вскоре
умерли. 11 июня Бёрнс приступил к работе на ферме. К лету 1789 стало ясно,
что в близком будущем Эллисленд дохода не принесет, и в октябре Бёрнс по
протекции получил должность акцизного в своем сельском районе. Он прекрасно
ее исполнял; в июле 1790 его перевели в Дамфрис. В 1791 Бёрнс отказался от
аренды Эллисленда, переехал в Дамфрис и зажил на жалование акцизного.
Творческая работа Бёрнса на протяжении трех лет в Эллисленде сводилась
в основном к текстам для джонсоновского «Музеума», за одним серьезным
исключением – повести в стихах Тэм О'Шентер (Tam O'Shanter). В 1789 Бёрнс
познакомился с собирателем древностей Фр.Гроузом, который составлял
двухтомную антологию Шотландская старина (The Antiquities of Scotland).
Поэт предложил ему дать в антологии гравюру с изображением аллоуэйской
церкви, и тот согласился – с условием, что Бёрнс напишет к гравюре легенду
о ведьмовстве в Шотландии. Так возникла одна из лучших баллад в истории
литературы.
Между тем разгорались страсти вокруг Великой французской революции,
которую Бёрнс принял с энтузиазмом. Пошли расследования относительно
лояльности государственных служащих. К декабрю 1792 на Бёрнса накопилось
столько доносов, что в Дамфрис прибыл Главный акцизный Уильям Корбет, дабы
лично проводить дознание. Стараниями Корбета и Грэма все кончилось тем, что
Бёрнса обязали не болтать лишнего. Его по-прежнему намеревались продвигать
по службе, но в 1795 он начал терять здоровье: ревматизм сказался на
ослабленном еще в отрочестве сердце. Умер Бёрнс 21 июля 1796.
Бёрнса превозносят как романтического поэта – в обиходном и
литературном смысле этого определения. Однако миропонимание Бёрнса
опиралось на практичное здравомыслие крестьян, среди которых он вырос. С
романтизмом он в сущности не имел ничего общего. Напротив, его творчество
знаменовало последний расцвет шотландской поэзии на родном языке – поэзии
лирической, земной, сатирической, подчас озорной, традиции которой были
заложены Р.Хенрисоном (ок. 1430 – ок. 1500) и У.Данбаром (ок. 1460 – ок.
1530), забыты в эпоху Реформации и возрождены в 18 в. А.Рамзеем и
Р.Фергюсоном.
Тем временем:
... Прячутся мошки от птичек в траву. Ау!
Спит медведиха, и чудится ей: Колет охотник острогой детей. Ау!
Плачет она и трясет головой: - Детушки-дети, идите домой. Ау!
Звонкое эхо кричит в синеву: - Эй ты, откликнись, кого я зову! Ау!
---------------------------------------------
x x x
За рекой горят огни, Погорают мох и пни. Ой, купало, ой, купало, Погорают мох и пни.
